"Оберштурмбанфюрер"

 

Сегодня встретил одну старую пидовку, которая живет в моем районе. Его знаю с конца 1960-х годов. В те времена часто общались, прогуливаясь по Невскому проспекту. Из-за особого резкого голоса у него была кличка – «оберштурмбанфюрер». Необычная кличка, да? Не знаю его сексуальный профиль, что он предпочитал делать. На протяжении жизни мы пунктирно встречались, то там, то сям. Я помню, как он мне рассказывал про свою поездку в Болгарию – еще при совке. Его поразила бисексуальность болгар: «в каком-нибудь небольшом городке спросишь у встречного мужчины, как пройти, разговоришься, постоишь с ним, а потом вдруг идём ебаться».

Несколько лет назад я видел его с ковыляющей старушкой. Я думал, что это его мать. Но потом как-то спросил – оказалось, что жена. Была. Умерла. Детей не было. Сегодня я первым делом спросил его, сколько ему лет. Ему 84. По-моему, он чуть ли не единственный оставшийся из той уличной компании 1960-х г.г. Спросил, как здоровье. Сказал, что серьезных заболеваний нет, так, есть мелочи всякие – простатит, катаракта, зубы. А курит! Сам он худощавый. Такие долго живут. У него остался огород где-то в пригороде. Вот он его и возделывает.

А вот как жить дальше? Как дожить до конца самостоятельно и без мучений? А если помощь потребуется? Он пригласил из провинции родственницу, прописал ее у себя. Она будет жить и работать здесь. Так что в доме кто-то будет.

Современная жизнь ему не нравится, он считает, что раньше всё было лучше. Говорит, что при совке всё было отлично, и уничтожать его не надо было. «Какое образование было! Какое медобслуживание!» С интернетом не знаком. А читает такое: «Санкт-Петербургские ведомости» (бывшую «Ленинградскую правду»), «Аргументы и факты» и журнал русских националистов и ретроградов «Наш современник». В общем, застыл в далеких временах.

То, что он остался один в таком преклонном возрасте, - это не особенность людей такого плана. Полно «гетеро», которые не имеют детей, остаются в одиночестве. Обычно мужчины мрут рано, а женщин полно одиноких, причем настолько никого не остаётся из близких, что некому квартиру завещать.